Доброго дня, и добро пожаловать в мой маленький уютный домик в лесу. Прежде чем начать свою историю, я попрошу вас, дорогой путник, об одном одолжение. Если мой дневник не покажется вам интересным, просто положите его туда, где взяли, или отдайте тому, кому он будет любопытен.
Решайте сами — прочитать и рассказать другим, оставить здесь или унести с собой. Со своей стороны разрешаю вам взять в доме всё, что понадобится, и остаться здесь на ночь или даже навсегда. Главное не портите его. А теперь, если хотите, я расскажу, как вышло, что этот лесной дом стоит без хозяина с открытой дверью.
Присаживайтесь в кресло — оно должно быть рядом со столом, где лежал дневник. Чайник стоит на плите, заварка — в шкафу слева. Можете приготовить себе чаю. Я уже никуда не спешу да и времени постараюсь занять немного.
Мне было семнадцать, когда я впервые увидел её.
Это случилось во сне, я сидел у костра в безлунную ночь. Огонь едва освещал противоположное бревно, а слева тихо журчала река — из-за её шума я не услышал шагов. Хотя ранняя осень уже отступала, на ней было лёгкое шёлковое платье белого цвета, такого же, как её волосы. Она не произнесла ни слова, но во сне это казалось естественным. Я тоже молчал. Её красота приковала мой язык к нёбу. Жестом я указал на бревно напротив, но она, чуть наклонив голову, села рядом. Её пальцы коснулись моей спины, и по коже побежали мурашки. Потом, не обращая внимания на моё оцепенение, она внезапно повалила меня на землю, сняла с меня майку и кофту... До этого у меня уже бывали эротические сны, но этот был иным. Я проснулся с непривычным чувством — мне не хотелось уединиться. Тот сон я помню до сих пор.
Через три дня мы отправились в запланированный поход. Утром, чистя зубы, я поймал себя на мысли: «А вдруг я увижу её?» Разумеется, я тут же рассмеялся над своей глупостью. Но совпадения накапливались: безлунная ночь, река слева от лагеря. Я отмахивался: «Ну и что?» — однако ближе к полуночи выбрался из палатки и сел у костра. Она появилась так же бесшумно, как во сне, но на этот раз не стала ждать приглашения. Села рядом, прижалась ко мне. Я перестал думать и просто обнял её. Всё произошло быстро. Не помню, откуда взялся коврик под нами и расстёгнутый спальник вместо одеяла. Когда я начал засыпать, она разбудила меня...
Второй раз запомнился навсегда. Её кожа была прохладной, движения — плавными и точными. Мы сливались, как волна с берегом, и снова расставались. Она оставалась безмолвной, но в отличие от сна, не позволила себя поцеловать.
Под утро я проснулся в двадцати метрах от лагеря, почти раздетый. К счастью, одежду нашёл, и никто меня не увидел. Оставшиеся дни в горах я провёл в тумане воспоминаний. Ребята подшучивали, но мне было не до них.
После школы дорога в институт для меня закрылась, и я оказался в армии. Там она пришла ко мне снова — не во сне, а наяву.
Мне было девятнадцать. Ранняя весна, ночной пост. Мороз щипал кожу, вокруг стояла тишина. Чтобы не уснуть, я крутил головой, и вдруг заметил её слева. Она казалась старше, но выглядела так же. Тело — более гибким, волосы — длиннее. Той ночью мы были вместе три раза. Она лишь стонала и улыбалась, когда я спрашивал о чём-то. Её губы не касались меня и не позволяла коснуться их, но перед тем как исчезнуть поцеловала меня в правое плечо. Утром я обнаружил там след. «Сам Тайлер тебя поцеловал», — шутили сослуживцы.
Уволившись я всё-таки поступил в техникум, получил образование. Нашёл работу, переехал. Заводил новые знакомства, разрывал старые. Но я всё ещё был только её.
Как то раз, мне позвонил мой бывший одногруппник, с которым мы хорошо общались долгое время и после выпуска. Он попросил о помощи, надо было построить баню у его бабушки в деревне.
Было лето, жарко, работали без футболок. И когда бабушка вынесла нам холодного молока, она увидела этот след на плече, прищурилась и сказала. "Неужто тебя луна поцеловала сынок"? Я только улыбнулся, не зная что ответить, а бабушка ушла по своим делам. После я постеснялся вновь поднять эту тему. Но из головы не выбросил, а попробовал найти информацию про поцелуй луны.
Я перерыл много разных энциклопедий, книжек попроще, сотни страниц в интернете, пусть тогда он и был только на заре своей популярности. Но всё сводилось в двум вещам. Вам или очень сильно повезло или вам очень сильно не повезло иметь такой поцелуй. В общем ничего в этом интересного не было, но я начал называть её Луною.
За свои двадцать пять лет у меня были отношения только с ней. Хоть это конечно странно, ведь последнее время мы были вместе только во сне, да и сны были обычные. Но я всё ещё грезил ею.
Всё поменялось, когда под новый год я решил сменить работу. Уже после праздников я вышел на новую и встретил там ту, кто затмила Луну в моей голове. Её улыбка освещала всё вокруг себя, она несла в себе доброту и тепло. У неё было отличное чувство юмора. Волосы были рыжие как у лисы.
На лице были не большие россыпи веснушек, так же они встречались на руках, возле грудей, на шеи. Учитывая, как долго длилась моя безлунная ночь, я решил, что хватит ломать себе голову и погрузился в жар волос, в январском костре. Я ни разу не пожалел об этом решение, рядом с Огняной чувствовал себя так словно я конец то нашёл своё место под солнцем.
Спустя пару лет, мы решили, что готовы ко всему и оформили наши отношения официально, так начался наш долгий путь к рождению ребёнка.
У нас не получилось, мы сдавали анализы. В них было всё хорошо. Мы пробовали по новой. Не получилось, снова анализы в других клиниках. Слёзы, много слёз. За всем этим я совсем не думал о Луне. Да и зачем мне она, когда в жизни была моя прекрасная Огняна.
Она предлагала нам расстаться, что бы я где-то в другом месте нашёл своё счастье. Я лишь улыбался, гладил её волосы. Целовал её веснушки и шептал на ушко, что только она одна, есть для меня.
Луна вернулась, когда мне было тридцать пять. Тот же сон: костёр, река, её бесшумные шаги. Она постарела, но стала ещё прекраснее. Я попытался рассказать ей об Огняне, но она прижала ладонь к моим губам — и я онемел.
Мы провели вместе всю ночь. На рассвете она накинула платье, улыбнулась и впервые за все годы сказала:
— Прощай.
Её голос был тонким, как звон серебра.
Я проснулся разбитым. Огняна, уже одетая, поцеловала меня в уголок рта:
— Такую ночь я не забуду никогда.
Мне очень жаль, но я тоже не смог забыть ту ночь.
Через две недели, я проснулся от того что моё лицо щекотали волосы. Открыв глаза, я увидел огненный лес вокруг себя. Найдя руками лицо Огняны, я раздвинул волосы и увидел, на её лице блаженную улыбку. В глазах стояли слёзы. Увидев, что я смотрю прямо на ней, она сказала только фразу "Булочка в печке". Поцеловала и заплакала. То были слёзы облегчения.
Год обследований, витаминов, надежд — и вот у нас родилась дочь.
Мы планировали назвать её Аглаей в честь погибшей сестры Огняны, но когда держали новорождённую на руках, то поняли: её имя — Луна.
Серебристые волосы, голос, похожий на звон колокольчика. Она была на нас совсем не похоже и можно было подумать, что в роддоме перепутали ребёнка, если бы не тот же след на плече, что был у меня.
Когда я собирался отправиться в ЗАГС, меня остановила супруга и сказала улыбаясь.
— Аглаи больше нет, — сказала Огняна. — У нас Луна.
Несмотря на все трудности, наш мир был полон счастья и любви.
Луне было двадцать три, когда мы потеряли Огняну. Рак кожи не оставил шансов.
И мой мир пошатнулся, даже стулу сложно устоять на двух ножках.
Что бы хоть как то притупить боль от потери, Луна к тому времени уже жила в другом городе, я решил заняться тем чем всегда мечтал. Переехал в посёлок и устроился на работу лесничего.
Когда ей было тридцать шесть, мой мир рухнул окончательно.
Она, как обычно, приехала ко мне отметить свой день рождения. На вид её было всё так же лет двадцать. Конечно, как бы я не отрицал, она была очень похоже на Луну из моих снов.
В этот день, схожесть увеличивалась многократно, так как она была необычайно задумчива и грустна. Я старался не лезть к ней в душу, а растопить её шутками. Она вежлива улыбалась. На этом всё.
После того как мы съели торт, она заговорила.
— Пап, ты же слышал новости о затухании луны?
— Ты про ту чушь, что она погаснет? Да не может этого быть, луна не светится, она отражает свет солнце. Ты же знаешь. Да и не в первый раз, она "затухает".
— Да не в первый.
Она помолчала, сделала глоток чая, но я почувствовал, как мурашки забегал по коже.
— Ты случайно не помнишь как часто такое происходит? — спросила она как будто случайно
— Ну пишут, что подсчитать сложно, но примерно каждые семьдесят два года. Когда это длится дольше, когда-то меньше.
— Семьдесят два года — грустно промолвила она и замолчала.
Я все ещё не понимал к чему она ведёт, но мне не нравилась резко поднятая тема. Я молчал, боялся заговорить. Боялся услышать, что она скажет.
Она продолжила, не услышав от меня ни слова.
— Я тут узнала, что у народов, которые поклоняются луне, есть поверье. Поверье состоит в том, что у луны три жизни.
Первая жизнь людская.
Вторая так называемая молодая луна.
Третья и последняя, затухающая.
На стыке второго и третьего периода, она активно ищет того, что подарит жизнь новой луне. Отрезки жизни равны между собой.
Она замолчала, но эта тишина была мне как приговор. И когда она заговорила, её тонкий грустный голос, напоминал движенье лезвия гильотины.
— Она сказала, ты всё поймёшь. Я и сама вижу, что ты всё понял.
— Когда? — это всё что я смог тогда вымолвить
— Завтра. — её голос не дрогнул.
Я услышал, как моя голова покатилась с плахи. Пришлось сильно зажмуриться, что бы не дать слезам задушить себя. Когда открыл, она смотрела на меня. Я понимал, что она и сама на грани, несмотря на всё внешнее спокойствие.
— Раз это будет только завтра, давай сегодня проведём день, как будто завтра и не настанет. — сказал я собравшись с духом и улыбнулся ей своей самой тёплой улыбкой.
Это был лучший вечер за последние тринадцать лет. Мы смеялись, искренне и по настоящему. Вспоминали всё что нужно было вспомнить. Мне казалось, мы впервые за тридцать лет восполнили, то что тогда потеряли. Под утро, мы сделали последнее фото вместе, его можно будет найти в конце дневника. И она ушла, завтра, к сожалению, наступило. На пороге она сказала лишь "Я надеюсь, не прощай, я люблю тебя папа".
И быстро вышла. Теперь я уже не мог противостоять слезам, я остался один. Совсем один. Казалось то что вчера было найдено, утратилось навсегда и горечь потери была невыносимой.
Спустя время, где-то пол года моего существования, мне приснилась Луна. Моя Луна. Она спустилась ко мне по лунной дороге, улыбнулась и сделала нам чай, мы говорили о всяких мелочах. Она сказала, что ей, к сожалению, тяжело приходить ко мне, так как вокруг очень много людей.
На утро впервые за это время почувствовал вкус жизни, я принял решение, переехать в дом, в котором вы сейчас и сидите читая эту историю. Наткнулся на него за годы своей работы, привёл в порядок. Договорились о поставках продуктов. И ушёл. Переезд занял у меня долгих пол года. В течение этого времени, я её не видел. Но был уверен, что это временно. И тут я оказался прав. Каждую безлунную ночь, она сидела на моём крыльце, пила чай, рассказывала истории, что происходят в мире.
Прошло три года с момента моего переезда. Как то раз, проснувшись утром я понял, что теперь уже моя свеча жизни потухает. Я не хотел рассказывать это ей, но она тоже это поняла. Она дала мне обещание что когда придёт время, заберёт меня с собой. Сегодня я пишу эти строки, отменив доставку продуктов. Осталось два дня, пока Луна скроется из виду и заберёт меня с собой.