Больше ни одного бродягу не принесут волны.
Новые переводы в понедельник, среду и пятницу, заходите на огонек
На наш остров пришел ад. На наш остров пришла смерть.
На улице смеркалось. Я еще выздоравливала и жила от лекарства до лекарства. И вот я лежала в кровати, выжидая, когда подействует очередная доза, чтобы притупилась пульсирующая боль, а в ожидании в очередной раз листала книгу. Лампа у постели окрашивала страницы в желтый.
На полях беспорядочно примостились заметки, каждая – другим почерком. Написали ли их те, кто выполнял ритуал до меня, или кто-то другой? Сколько лет было книге? И что случилось с теми людьми, если они оставили заметки и теории о том, как все прекратить, но так и не смогли довести дело до конца? Неужели мы что-то упустили?
Я снова перевернула страницу, и на следующей впервые не оказалось ни одной заметки. Вместо них было только стихотворение – как пророчество, которое намеренно бережливо, аккуратно вывели красивым почерком.
“Когда поднимутся высоко волны,
Проливая дожди тут и там.
Два брата хтонической веры,
Уйдут на дно словно камни,
Забрав гнев стихии с собой.
Их голоса, штилем в небе,
А время отправилось вспять”.
– Нихрена себе, – сказала я себе под нос. Вот оно. Ответ. Вот как все остановить. – Роли! Роли, проснись!
Он, как сомнамбула, встал с постели. Гарет предупреждал меня, чтобы я не ожидала многого. Ривер своими когтями перерезал Роли кишечник, вызвав сильное внутреннее кровотечение. Гарет сделал все, что мог, но пока что Роли был не готов к серьезной операции, а только она могла бы это исправить.
Роли повернулся ко мне, с трудом приоткрыв глаза.
– Жозефина? – пробормотал он, удивленно глядя на меня. – Ты пришла забрать меня? Ты так выросла…
– Нет, Роли, – вздохнула я. Гарет предупредил и о том, что у него могут быть галлюцинации из-за лекарств. – Это я, Вейл. Я нашла способ все закончить.
– Я еще не готов, Жозефина, – жалобно ответил он.
Сломленный. Я взглянула на него, и слезы невольно защипали глаза. Он так долго защищал наш остров, без вопросов взял меня в ученицы, а теперь стал таким. Я позволила себе поплакать еще немного, и слезы текли прямо по еще не зажившим ранам.
В дверь тихонько постучали. Вошел Гарет, держа в руках еще один пузырек с лекарством и чистые бинты. Роли снова что-то пробормотал про Жозефину, и врач с сожалением взглянул на меня.
– Бедный… Он так давно о ней не говорил.
– А кто это? – спросил я. Гарет вздохнул и сел рядом с кроватью, чтобы перевязать раны.
– Единственный человек, которого он любил, – ответил он. – Его дочь.
– Зависит от того, в какую загробную жизнь ты веришь. Она умерла спустя час после рождения. Следом за матерью. Думаю, именно поэтому он хорошо к тебе относился. Ты напомнила ему о том, что он потерял.
Больше я не могла сдерживаться. Слезы хлынули из глаз, обжигая раны ударом хлыста. У меня не было семьи. Мама умерла при родах. Отца убили еще до этого. Деревня вырастила меня, и Роли в том числе. Он давал мне советы и помогал.
Гарет закончил бинтовать рану и встал, протягивая мне пузырек.
– Когда проснется, дай ему лекарство. Оно заглушит боль. – Он похлопал меня по плечу напоследок и уже направился к двери, но вдруг Роли пошевелился.
– Гарет, – забормотал он. – Гарет, мне нужно идти.
– Отдыхай, мой друг. Все будет хорошо, мы подождем, пока ты поправишься.
Но, едва он открыл дверь, чтобы выйти из хижины, воздух пронзил крик. А вслед за этим поднялся ветер.
– Помогите! Пожалуйста, помогите! – закричал кто-то снаружи и почти мгновенно затих. Следом послышался еще один голос. Гортанный и глухой, как будто камни под волнами скрежетали о дно океана.
– Унесите их в воду. Принесите их Панталазину, чтобы он мог преобразить их!
– Черт возьми, – судорожно выдохнул Гарет, отступая обратно в комнату и закрывая дверь. – Их там целая орда.
Воздух наполнился криками, и ветер усилился. Дождь застучал по крыше маленькой хижины. Стены жалобно застонали.
Роли снова пошевелился, на этот раз настороженно и опасливо.
– Что происходит? Где нож? – Он начал было садиться, но вскрикнул от боли и рухнул обратно на кровать. – Гарет, мне нужно выбираться отсюда.
– Боюсь, это невозможно, брат, – сказал ему Гарет, расхаживая по хижине. – Они никогда не заходили так далеко на сушу. Кроме Ривер, конечно. Не нравится мне это. Они скоро нас найдут.
Как по команде, дверь распахнулась. Высокий бродяга ворвался внутрь, царапая дверной косяк когтями. Он закричал, и на крышу обрушился еще более сильный дождь.
– Отойди, Гарет, – прошептала я, доставая из ножен лезвие.
Тот послушно отпрыгнул в сторону, освобождая мне путь. Пусть мое зрение было ослаблено, но все же я должна была ударить точно в цель. Я постаралась сфокусироваться на области диафрагмы. Нанести удар следовало туда – так, как показывал мне Роли в первый день на пляже.
Бродяга бросился вперед, широко раскинув руки и размахивая когтями. Я рванулась к нему и нанесла удар.
Бродяга закричал от боли. Лезвие попало в середину грудной клетки, над диафрагмой. Кость раскололась надвое. Бродяга рухнул на меня, скрипя зубами и стараясь прийти в себя.
Я обхватила рукоять двумя руками и попробовала протолкнуть нож вниз. Бродяга попытался было укусить меня за шею, но я увернулась и изо всех сил толкнула нож. И, наконец, он издал последний вздох. Лезвие достигло цели.
Дергаясь, он упал. Гарет бросился к нам и помог мне спихнуть отяжелевшее тело. Я вытащила нож, разбрызгивая по хижине синюю кровь.
– Вейл, ты в порядке? – спросил Роли, медленно усаживаясь на кровати. Он все еще морщился от боли.
– Роли! – Я кинулась к нему. – Слава богу. Послушай, я поняла, как все остановить. Нам нужен Ривер.
Я схватила книгу со стола и, открыв на странице с пророчеством, торопливо сунула ее Роли, чтобы тот прочитал.
– Красный и синий прибой, – пробормотал он, взглянув на меня. – Я и Ривер, так ведь?
– Думаю, да, – тихо ответила я. На его лице отразился страх. Он собирал воедино ту же головоломку, что и я несколько часов назад.
Ветер превратился в постоянный, непрерывный рев, словно чудовище разрывало остров на части. С крыши сорвало доску, и внутрь прорвался ливень.
– Помоги мне встать, Гарет, – сказал Рэли, свесив ноги с кровати. – Нам нужно забрать Ривера.
Я подняла клинок, готовясь бежать через площадь. Гарет взвалил Роли на спину. Мы обменялись легкими кивками и выбежали из хижины в хаос.
Площадь была залита кровью. Бродяги вытаскивали людей из домов, не заботясь о том, повредят ли тела или нет. Каждого, кто сопротивлялся, разрывали на части, и для бродяг это была словно игра. Я увидела, как один из них схватил женщину и растерзал ее на глазах у жены, окатив ту потоками крови. А после бродяга просто рассмеялся и бросился на следующую жертву.
Мы с трудом прорвались сквозь них и добежали до двери офиса Бриггса.
Ривер сидел в центре комнаты, глядя на нас. Несмотря на кляп во рту, он улыбался.
– Все, взяли его и бежим, – сказала я, глядя на Гарета и Роли, и первой взялась за стул, на котором сидел Ривер, и потащила его в шторм.
Мы постарались обойти площадь по периметру и выйти на тропинку, ведущую к пляжу, так, чтобы нас не заметили. Один из бродяг, преследовавший кого-то, заметил нас и замер. Я бросилась вперед и вонзила лезвие в его глаз. Он с визгом упал на землю, и буря усилилась.
Когда мы наконец дошли до тропы, я увидела, что дальше идти некуда. Бродяги вызвали такой шторм, что волны разбивались всего в нескольких сотнях метров от нас. Дюны исчезли, и остров теперь состоял только из площади и окрестностей.
– Пришло время, брат! – закричал вдруг Ривер. Я обернулась и увидела, что он прогрыз кляп. – Вот наш бог, и он ждет нас, как и было обещано!
Я вгляделась вдаль и увидела на горизонте чернильный силуэт, двигающийся к нам. С каждым его шагом на остатки берега накатывала волна, забиравшая себе землю.
Бродяги все выходили и выходили из воды, стремясь к площади. Сотни бродяг. Они карабкались по спинам друг друга, сталкиваясь и падая, лишь бы первыми успеть на пир. Увидев нас, они замерли.
– Поставь меня, – велел Роли. Гарет взглянул на него, чтобы убедиться, что все верно понял, и слегка кивнул прежде, чем поставить его на ноги. Тогда Рэли шагнул ко мне и положил руки мне на плечи.
– Что бы ни случилось, знай, что я горжусь тобой, – сказал он и, ловко выхватив у меня из рук лезвие, спрятал его в кармане пальто. – Что ж, брат. Твое предложение еще в силе? Ты отведешь меня в море?
– Я уж думал, ты никогда не спросишь, – улыбнулся Ривер, обнажив острые зубы.
Роли подошел к нему и приставил нож к рыболовной сети, служившей веревками.
– Я отпущу тебя, но пообещай, что не причинишь им вреда, – прохрипел Роли, с трудом удерживаясь на ногах. Ривер просто кивнул в ответ. Нож разрезал сети, и те безвольно опустились на песок.
Они вместе пошли к воде. Ривер выкрикнул остальным бродягам что-то воодушевленное. А когда они зашли в море по пояс, он повернулся к Роли.
– Я так долго ждал, Роли, – сказал он и вытянул когтистую руку вперед, пронзив Роли сердце.
Тот ахнул, склонившись. Ривер обнял его, прижимая к себе, и Роли обнял в ответ.
– Я тоже, – услышала я голос Роли. Он вытащил лезвие из кармана и, не выпуская Ривера из объятий, вонзил нож брату в спину.
Лезвие соединило их. Ривер удивленно вскрикнул. Бродяги, замершие вокруг, закричали, поднимая ветер, – и вдруг замолкли.
Гарет схватил меня за руку и оттащил от воды, но оторвать от них взгляды мы не могли. Два брата стояли в волнах, их кровь смешивалась на лезвии, и в воде смешивались лужицы синего и красного цвета. Через несколько мгновений море поглотило их.
Едва бродяг коснулась смесь крови, они обратились в воду. Стоило еще кому-то из них подняться из воды, появлялась волна, береговой стеной защищающая пляж. И в центре этой волны я почти могла разглядеть двух братьев, замерших в смертельных объятиях.
Когда все бродяги были очищены кровью, у берега, казалось, образовалось цунами.
Панталазин стоял вдали, и вокруг него собиралась буря. Он поднял кулак и ударом разбил воду, посылая в сторону берега волну. Цунами бросилось навстречу и, без труда поглотив волну, устремилось навстречу Гиганту, клокоча от ярости.
С громким треском цунами врезалось в Гиганта и сбило его с ног. Я видела, как он попытался подняться, но цунами прочно удерживало его под водой. И, наконец, два щупальца, красное и синее, сомкнулись вокруг шеи Гиганта, притянув его голову к коленям и похоронив под водой навечно.
Сейчас мы подсчитываем потери и хороним мертвых. Остров разрушен, от домов мало что осталось. Кажется, мы пережили ураган.
Однажды, гуляя по пляжу, я заметила что-то сияющее в водах. Я бросилась к этому предмету и поняла, что это то самое лезвие. Оно было сломано, остались только обломки, но я все равно забрала его.
И сейчас я хочу вспомнить человека, который, пусть и ненадолго, стал мне отцом. Человека, который отдал за нас жизнь. Я знаю, что, когда на море поднимаются волны, это он напоминает мне, что он все еще здесь. Он защищал нас от зла при жизни и защищает после смерти.
Еще больше атмосферного контента в нашей группе ВК
Вы можете поддержать проект и дальнейшее его развитие, за что мы будем вам благодарны
Спасибо администрации Пикабу за доверие⠀
Перевела Кристина Венидиктова специально для Midnight Penguin. Адаптировал стихотворение Савелий Савакхай.
Использование материала в любых целях допускается только с выраженного согласия команды Midnight Penguin. Ссылка на источник и кредитсы обязательны.
