Едва 

блокируешь 

меня —

опять в друзья 

добавляешь.

Что-то планируешь, 

но я —

"нелётный".

.

Зря так желаешь

в ночь улизнуть, 

прикрывшись совестью...

.

Не с тем играешь, 

малышка!

.

Я же, в себе 

поникший полностью,

слоняясь тут, 

вишу над пропастью

и убываю с излишком,

честь убивая. 

Не слышно

меня... 

.

Пойми,

не станем целым мы!

.

Твой 

непременно 

беспредельный мир

всё же 

из белого соткан,

но в этой 

спальне 

чёрных дел моих —

как в уголовных сводках.

.

Уйдёшь ли? 

.

Похуй, красотка...

.

Сейчас —

на фотках...

и в белье —

напоминаешь о сексе,

ну словно:

«Вот она! Смелей!»

.

Кивая, 

таешь в процессе...

.

А у меня-то на столе —

муть, 

тьма последних 

набросков,

всё, что забытое 

сто лет:

Дюма, 

Есенин, 

Фет, 

Бродский;

пачка гандонов, 

сиги... 

.

Вечером

сообщение «Как ты?»,

злясь, 

кинешь в личку, 

опрометчиво

спеша ко мне. 

.

Я бестактно

тебя взвинчу 

на контакт вновь —

словно 

«люблю», 

но «делать нечего»,

словно 

«нет чувств» 

и «не рад», но

«её не выгнать...»

.

Стыну мысленно,

пылая грустью несчастной.

.

В конце из слёз 

тропинка выстлана

лишь в ад, 

а там — «hasta la vista» нам...

.

Впрочем, 

варюсь в моих щах сам.

.

Если что, 

возвращайся.

.

(D.Besssovvv@)