Фильтраторов на дне океана просто дофига. И этот многощетинковый червь – всего лишь ещё один из них.
Вы скажете мне: «Что-то он не очень похож на червя». И будете правы Тельце червя спрятано в песочек, а наружу торчат специальные выросты тела, которыми червячилло захватывает из жидкости вкусную органику. Чем больше площадь выростов, тем больше вкусняшек можно захватить.
Вот и вырастают на дне океана шикарные кусты.
В конце прошлого поста, я рассказала, что осталась одним работником на кошачьем барьере, по причине ухода одного человека в отпуск, и производственной травмы у другого.
Как сейчас помню количество клеток: 12 - дальневосточные леопарды, одна тигриная, 2 на львов, 4 на снежных барсов, канадские волки (виновники травмы), 3 с красными волками, одна с гривистым волком, и примерно 3 десятка на рысей, дальневосточных, лесных, степных кошек, дымчатого леопарда, манулов, оцелотов, сервалов. И клетушка с "детским садом"- пара харз, пара носух, рысь и львенок. Внушительное хозяйство.
По правилам, рабочий день начинался в 9 утра, но после того, как я пятый день подряд, приползла домой после 10 вечера, я поскулила в подушку, и утром вытребовала себе разрешение начинать рабочий день в десять - пол одиннадцатого, бо не вывезу. Как ни странно - мне пошли на встречу.
Так, как теперь в мои обязанности входила уборка всех клеток, то столкнулась с очень неприятной в таком режиме работы ситуацией - перегонка.
Понятно, что никто, в здравом уме, не полезет в клетку к леопарду или льву. Значит, на время уборки, зверя нужно из клетки удалить - для этого в ряду крупных хищных была отдельная перегонная клетка, через которую "сдвигали" по ряду всех крупных. Как пятнашки, помните такую игру?
В прошлом посте упомянула, что занимался "сдвиганием" только тот, кто собирался делать в данной клетке уборку. Почему? - объясняю. В каждой клетке был "домик". Клетка, которая выглядит пустой, далеко не всегда таковой является. Кошки любого размера - существа вредные, и любящие поиграть, особенно тогда, когда на них обращают внимание.
Открываешь перегонку, и начинается цирк. Котя подходит к перегонке, и начинает чесать об нее скулы, хитро поглядывая на тебя. Тереться боками, переставлять лапы через порог, и стоять, пыхтя и порыкивая. После минут десяти данного действия, разворачивается, запрыгивает на домик или полку, и начинает вылизывать стратегически важные места. Да чтоб тебя!
Стоишь, как полная дура, за отбойником и ласковым голосом уговариваешь перейти, куда следует. Щаз! Пока котик полностью не насладиться ситуацией - фиг ты его уговоришь.
Пока котя вылизывает причиндалы, и всячески выказывает своё пренебрежение, отходить от клетки не стоит - он может в любой миг подняться, и практически одним прыжком уйти в другую клетку. И тут надо быстро-быстро закрывать перегонку, так, как никто не гарантирует, что сделав круг по этой клетке, он не вернется обратно в свою.
У них была масса способов "поиграть". Самое обидное, когда они просто ложились на пороге - морда в новой клетке, попа в старой. Сиди и жди, холоп, пока господин наразвлекается вволю. На перегон одного зверя могло уйти от пяти минут, до полутора часов. Да, некоторые, всё же соизволяли перейти просто после ритуального "танца" с обтирашками. Но некоторые могли все нервы вытрепать.
Перегнал - молодец - десять раз проверь, что перегонка закрыта, и на ней висит замок, и этот замок точно закрыт. И что точно перегнал, а не у тебя легкая амнезия.
Только после этого открываешь клетку.
Сразу в клетку заходить страшно. Она пахнет зверем, и твоя "внутренняя обезьяна" верещит от ужаса. Чем ближе к клетке - запах сильнее. Потому я приоткрывала решетку, и с грохотом, закидывала туда ведро с граблями - на всякий случай, а вдруг амнезия? Тогда я успею закрыть, если что. Потом, минут через 5 - заползала сама. Дверь размером метр на метр, сваренная из частых прутьев. Откатная. В полозе песок. Закрываешь за собой, и первым делом идешь в домик - иначе просто невозможно работать - а вдруг ОН там спрятался. И всё одно в него лезть - выбирать из соломы остатки скопившегося. Домик, в основном - будка, полутора-двухметровый "кубик", внутри обшитый досками, а сверху оформленный, как каменная горка, с деревянным настилом поверху.
В домике квинтэссенция запаха. Для меня было большое удивление, что большие кошки справляют малую нужду в домике - солома мокрая постоянно, и от нее, мягко говоря - воняет огромным кошачьим лотком. Концентрация аммиака - глаза не выдерживают.
Стараешься как можно быстрее переворошить этот горшок, чтоб не оставить тухнуть остатки трапез, и поворачиваешься к выходу.
И каждый раз, опять, в полный рост встает твоя, чтоб ей икалось, внутренняя обезьяна, и начинает верещать во весь голос: Вот ты сейчас на карачках будешь из этой будки выползать, а он сверху на тебя прыгнет! Он там просто тихо-тихо сидит, ты мне поверь! Мы все умрёеееем!!!!
И ты сидишь на пороге, и несколько минут реально собираешься духом, чтоб из этой чертовой будки выкатится. И первым делом смотришь наверх. Фуууух, в этот раз пронесло!
Дальше надо по быстрому скинуть с верхних полок возможные оставшиеся кости, и прогрести клетку. Обычно я сначала гребла, потом залазила наверх.
И за того, что первый раз у меня был фееричен.
Заползла по наклонной доске на высоту трех метров, села на попу на полку (полка сбита из трех-четырех длинных лесин), и передвигая-приподнимая себя руками, поползла в дальний угол за косточкой. Чувствую - шее стало очень горячо, поворачиваю голову, и вижу, в трех сантиметрах от носа пятисантиметровые клыки в приоткрытой пасти.
Через три секунды я стояла за отбойником, дверь была закрыта на замок, а я, уронив связку ключей себе на ногу, хлопала по карманам в поисках пачки сигарет.
В соседней клетке, на такой же полке, насмешливо порыкивал котик.
Устроился я значит в ресторан...
Работаю по 13-15 часов в сутки. Домой приезжаю только поспать. График 5/2. Весь день на ногах. Времени пилить посты не осталось.
Недели 2 назад, @Olivkovaya.Nimfa, писала пост про оладьи и мне так захотелось, а времени нифига нет. Но сегодня я созрел.
В этот раз будут все граммовки, будут пояснения, но с таймингами и температурой придется разбираться самостоятельно по обстоятельствам.
Я перевел часть теста, чтобы попробовать разные техники и постараюсь их описать. А дальше каждый выберет, что-то для себя.
Для начала замесим тесто! Это не сложно, а если соблюдать некоторые рекомендации, то вообще всё здорово получится.
Берем кефир - 500 мл и греем его в микроволновке до температуры ~30 градусов Цельсия (мало ли, кто-то по Фаренгейту считает)
Сразу в него фигачим 1 яйцо С0 - 56 грамм
Туда же сахар - 30 грамм (если вы хотите сладкие оладушки, делайте 50 грамм смело. Я делаю меньше, потому что потом есть со сгущенкой или джемом будет слишком приторно)
Соль - 3 грамма
В отдельную емкость насыпаем муки. Я взял для тракториста, а потом еще 100 грамм добавлял постепенно, до нужной густоты.
В муку добавляю соды. Вот столько:
Непонятно, что ли? Вот и я не понимаю, как в рецептах можно писать измерения ложками, вилками, щепотками и прочим...
В граммах, соды было 4. Это 1 процент от общего веса муки.
Вмешиваю соду в муку. Она сработает как разрыхлитель, а заодно поднимет тесто.
Кефир со всей начинкой я перелил в емкость для замеса. Всё перемешал и начал постепенно вводить муку.
Для понимания густоты. Можно сделать немножко пожиже, тогда проще будет формовать оладушки, но я остановился на такой консистенции.
Накрываем тесто пленкой и оставляем постоять минуток 10 - 15.
Нам нужно, чтобы кефир погасил всю соду, а выделенный газ слегка вспенил наше тесто.
Когда тесто постояло, самое время его пожарить.
Жарить будем на подсолнечном масле.
Тут важно понимать, что чем больше будет слой масла, тем больше оладушки поднимутся.
Я налил около 90 грамм. Слой получился около 0,8 см.
Далее нужно решить, какими вы хотите получить оладушки. Кому-то нравятся пышные, как пончики, а кто-то предпочитает плоские и тянущиеся. Одна моя знакомая говорила, что называет их "резинками" и ей они нравятся больше чем пышные. Поэтому тут споры бессмысленны.
Если слой масла как у меня, то есть возможность выложить тесто столовой ложкой, а потом другой, чистой ложкой, поливать маслом из сковородки. Оладушки сразу начнут надуваться и пропекутся более равномерно. Если масла еще больше, то можно не париться. Они как во фритюре, поднимутся в любом случае.
Температура при этом должна быть средней. То есть на средней конфорке, средняя сила газа. На индукции это была бы 5.
Если сделать огонь сильнее, то есть вероятность, что тесто пропечется не полностью, а снаружи начнет гореть. Поэтому нужно приловчиться.
Оладушки получаются пышными и вкусными.
Не забываем про красивую подачу.
Теперь плоские "резинки"
Мало масла, низкая температура. Готовим под крышкой. Получаем вот такие оладушки.
Плоские, плотные, по своему вкусные.
Таким образом получается, что при одном и том же тесте, можно приготовить абсолютно разные оладьи.
А как жарите вы?
Батат часто называют «сладким картофелем», но эти овощи относятся к разным семействам класса двудольных растений: картофель принадлежит к семейству пасленовых, а батат — к семейству вьюнковых.
В отличие от картофеля, батат можно употреблять в пищу в сыром виде. Также он широко используется в кухне разных стран: бататы жарят, варят, запекают, а также делают из них повидло и другие блюда. Жареный батат имеет сладковатый вкус, что и предопределило его второе название. Мякоть батата богата бета-каротином и крахмалом и более калорийна по сравнению с картофелем.
Родиной батата считаются Перу и Колумбия, но некоторые садоводы выращивают бататы и в регионах средней полосы России.
Вызвал я тут по необходимости «жену на час».
Она стояла на пороге, улыбалась: «Вот и я. Зови меня просто Маша». «Проходите, – говорю, – Меня зовут Алексей. Раздевайтесь». Маша засмеялась: «Зачем же на вы? Нет, Лёша, давай уж на ты».
Сняла плащ, поставила огромную сумку и решительно вошла в комнату: «Времени мало, где начнём?». Я сказал, что мне всё равно.
Эту услугу мне посоветовал друг. В отличие от меня он женат, но как-то его жена с детьми уехала на всё лето на дачу, друг заскучал посреди недели. И нашёл сервис #опусы «Жена на час». Его рассказ мне страшно понравился, одному всё-таки бывает грустно вечерами. Решил попробовать, вызвал эту Машу, крутобедрую брюнетку лет сорока. Я вообще люблю брюнеток с крепким телом.
Маша тем временем уже сама начала в комнате. Она деловито заправляла постель, которую я не убирал месяц, и ворчала: «Мог бы и сам, а то рад всё свалить на жену. Небось, и посуда немытая?» Я радостно ответил: «Да! Там целая гора!».
Маша быстро пошла на кухню: «Да ты совсем уже! Еще и сковородки?».
Я сел на стул, положил ноги на другой стул и с наслаждением смотрел, как Маша возится с посудой. Она мыла её ловко, но молча.
«Не, так не пойдёт, – говорю. – Какая же это жена?»
Маша улыбнулась: «Ой, отвлеклась, извини. Тебе как лучше – погромче или занудно?». Лучше занудно, сказал я.
И Маша стала зудеть, как я ей надоел, испортил жизнь, а она сегодня только сделала маникюр, а тут я со своей посудой, совсем ничего не могу, ужасный человек, зачем только она за меня вышла.
О, это было прекрасно. Сказать, что я получал удовольствие – мало. Я был в восторге. Но тут Маша вдруг обернулась: «Нет, а что ты молчишь? Что ты скажешь в своё оправдание?» Я сел поудобней: «А я чертовски устал на работе…» Тут Маша взбесилась: «Ах, ты устал? Вчера бухал с друзьями весь день и устал, да?» Тут она вежливо поинтересовалась: «Можно разбить одну тарелку?» Я кивнул: «Да, вон ту, с трещиной».
Маша грохнула тарелку об пол: «А я не устала, да?»
Боже, как это было эффектно и как похоже на нормальную семейную жизнь. Да, мне вдруг захотелось нормальной семейной жизни, хотя бы на час. Могу я, разведённый три раза, позволить себе эту слабость? И даже её оплатить. На такое денег не жалко.
Маша собрала осколки, вымыла пол, вытерла пыль. Открыла холодильник: «Слушай, так не годится. Тут должно быть пиво, а не только пожухлая колбаса». Зачем, спрашиваю, пиво? «Ну как? – засмеялась Маша. – Это же лучший повод еще поругаться». А, говорю, точно, но мне неохота в магазин. Маша грозно произнесла: «Ничего вы, мужики, не можете!»
После чего достала из своей большой сумки три бутылки пива: «Все нужные средства я ношу с собой!» Одну убрала в холодильник, а две отдала мне: «Спрячь где-то, я должна буду найти». Ту, что она убрала, Маша тут же достала: «Это ещё что, а? Тебе вчера было мало?». И вылила пиво в унитаз. Злобно взглянула на меня: «Так! Ты не скандалишь, значит, у тебя есть точно заначка!»
К нашему огорчению, заначку Маша нашла очень быстро, в шкафу, между постельным бельем. Вот зараза, рассердился я. «Может, перепрячешь?» – спросила она. Нет, говорю, у нас с тобой будет другая игра – носки! И я показал ей корзину, где валялись постиранные носки. Их надо было рассортировать попарно. Маша с тоской взялась за носки, а я прилёг на диван.
«Давай включай свой футбол, – приказала она мне. – А я буду дальше зудеть». Нет, отвечаю, какой футбол без пива? Да и нет в мире зрелища интересней, чем хмурая жена, которая сортирует носки. И вообще мне теперь хотелось разговора по душам.
«Ну вот ещё! – вскрикнула Маша. – Нахамил мне, а теперь – по душам, да? Может, извинишься?» И минут десять мы препирались, кто из нас виноват. Я лежал на диване, Маша сортировала носки, мы ругались, это было наслаждение, это был дикий экстаз. Это была настоящая семейная жизнь.
Наконец, я назвал её дурой, Маша заплакала. Причём так натурально, что я даже вскочил с дивана и обнял её за плечи: «Маша, ну извините, я увлёкся…» Она взглянула глумливо: «Ага, извинился-таки! Ну давай по душам, что за проблемы?»
И я долго рассказывал, какой тупой у меня начальник, как мне тяжело на работе, какая маленькая зарплата, как меня никто не ценит, как трудно мне жить, и как соседи тоже достали. Маша отложила носки, села рядом, посмотрела в глаза: «Милый, но я же рядом.
Я же всегда буду рядом с тобой, не волнуйся. Хочешь, принесу тебе пива?»
Ты же, говорю, его вылила. «Нет, – улыбается. – Те две бутылки я спрятала. Будешь?»
Она принесла стакан, наполненный пивом… но в этот момент у неё запищал телефон.
«Ой, извини, Лёша, время вышло. Мне пора!»
Я умолял Машу продлить ещё на час, обещал заплатить по двойному тарифу, потому что мне ещё очень хотелось пожаловаться на жизнь.
Но Маша уже спешила в прихожую: «Не могу, сегодня ещё два клиента, я очень востребована. Сколько вас таких, несчастных мужиков, которым нужен не секс, не какой-то разврат, а просто обыкновенная жена – хотя бы на час».
И ушла. Я вылил пиво в раковину, мне и без него было хорошо. Какая же Маша чудесная жена, настоящая, как в жизни. И теперь я уже точно знал, что вызову Машу примерно через месяц. И это будет особенный вечер, потому что я «заболею». Буду лежать в кровати с температурой 37,3 и страдать. Пусть Маша попрыгает вокруг, пусть!
Интернет
Я вышел из банка. Меня только что ограбили. Нет, это были не налетчики, и не карманные воришки. Сотрудники банка оформили на меня неподъемный кредит. Но я сам на это согласился… добровольно.
Когда с жизнью играешь в покер, прежде чем идти ва-банк, убедись, что у тебя самый лучший расклад.
У меня было всё. Отличный бизнес, женщины, машины. Я не смотрел на ценники, не считал деньги и ни в чем себе не отказывал. А когда в моей жизни появилась Нелли, то я просто влюбился. Наши отношения были похожи на фильм или даже сказку. Не верилось, что такое бывает, когда одинаковые желания, слова и даже мысли. Мы понимали друг друга без слов.
Со свадьбой тянуть не стали. Через полгода поженились, а вскоре родилась дочка. Моя маленькая принцесса – Сонечка. Я тогда полностью пересмотрел свои приоритеты, ведь семья для меня стала самым важным. Но, видимо, было уже поздно. Может я кого-то разозлил… Там, наверху. Но после рождения дочки моя жизнь стала идти под откос.
Сначала развалился бизнес. Партнер, которому я доверял сильно подставил. Так я еще и друга потерял. Но я не унывал, ведь у меня был запас средств, их должно было хватить надолго, а бизнес всегда можно начать с нуля. Если получилось один раз, то удастся снова.
Но тут появилась новая проблема – ОБЭП. Я не преступник. И закон не нарушал. Конечно, все так говорят, но это правда. Однако оказалось, последние месяцы моя контора проворачивала незаконные сделки. Я так доверял своему бывшему другу, что даже не проверял документы. А он решил срубить бабла и свалить заграницу.
Тут потребовалось несколько месяцев, чтобы откупиться и замять дело. Ушли почти все мои сбережения.
И вот теперь нам предстоял непростой этап. Я уже и не помнил, как это – жить на зарплату. Тем не менее, деньги были нужны срочно, ведь семью кормить надо. Я устроился в хорошую фирму, занимался тендерами. И зарплату обещали неплохую, по крайней мере, жить можно. И вроде бы только моя жизнь стала налаживаться, как произошло самое страшное. У жены нашли серьезное заболевание. Ей становилось хуже с каждым днем, требовалась срочная операция, и не в России.
Я не мог работать, ведь нужно было ухаживать за женой и ребенком. Родственников у нас не было. Я тогда совершил еще одну глупость. Понадеялся на человечность бывшего друга. Попросил у него денег. В долг. Но он отказал, обращаясь со мной как с человеком второго сорта. Ведь я был практическим нищим, безработным и вот-вот мог остаться вдовцом.
И вот тогда я решил, что буду бороться, что у меня будет живая и здоровая жена, а у Сонечки – мать. И я взял кредит. Меньше всего я думал о том, как буду его выплачивать.
Мы поехали в Германию на лечение. Оно проходило довольно успешно. Заемных денег хватило и на операцию, и на реабилитацию. Но вот после окончания этого нас ждало полное дно. Я боялся даже думать о том, что будет по приезду на родину. В один из последних дней в Германии я познакомился с мальчиком. Он тоже находился на лечении в этой же клинике, только вот его результаты не радовали. Было видно, что жизнь утекает из его бледного и худого тела. Мальчика звали Артем.
- Я часто вас вижу здесь. Кто у вас болеет? – Спросил он как-то, когда я сидел в коридоре.
- Жена. Но она уже выздоравливает.
- Здорово! Повезло ей. – Слабо улыбнулся он.
- А как у тебя дела? – Я бросил взгляд на коляску, в которой он передвигался. -Ты тут с родителями?
- С отцом. Мамы у меня нет. Она сбежала, как только я родился, восемь лет назад. Может и правильно. Только отца жалко. Он без меня пропадет совсем.
Я посмотрел в сторону измученного мужчины, который разговаривал с врачом.
- Я думаю, что ты обязательно выздоровеешь и вы вместе с папой будете много путешествовать и играть.
Артем прикрыл на секунду глаза, а потом серьезно на меня посмотрел.
- Я завтра умру. Я знаю. И он это знает. И врачи.
Мне сделалось неловко и страшно.
- Вы не думайте, я не боюсь, и не прошу меня жалеть. Наверное, перед смертью у меня открылся дар… Я вижу будущее. Я видел своего отца через год, он был похож на бомжа, вся квартира в пустых бутылках. А еще через год он умрет.
- Артем… - Я хотел прервать этот ужасный разговор. Мне хотелось сделать что-то хорошее для этого мальчика, развеселить его, но он остановил меня.
- Это не всё. Я не просто так к вам подъехал. Я видел еще кое-что. Это было счастливое лицо отца, новая семья и ребенок. И рядом с ним стояли вы. Вы помогли справиться ему с потерей. Вы единственный шанс на его спасение. Прошу вас.
- Но я ведь даже не знаю его. И вряд ли я тот, кто сможет ему помочь. Ты ведь не знаешь, что я разорен. У меня больная жена и маленькая дочка, а еще кредит. Я себе-то не могу помочь, а уж другим…
Не знаю почему я решил вывалить это всё на маленького умирающего мальчика. Но он очень серьёзно на меня посмотрел, а потом сказал.
- Приходите завтра утром в мою палату. Ровно в восемь. Не опоздайте.
С этими словами он уехал, оставив меня в полном смятении.
На следующее утро у нас была запланирована выписка, поэтому дел предстояло много. Сбор вещей, документов, рекомендации врача. Я почти что забыл про Артема и не вспомнил бы, если бы не суета в коридоре. Врачи бегали в палату мальчика. Я посмотрел на часы. Было ровно восемь. Решив заглянуть к Артему, я обнаружил его на кровати. Рядом сидел и держал за руку отец. Слезы тихо лились по его лицу. Мальчик открыл глаза ровно в тот миг, когда я стоял на пороге. Он слабо произнес.
- Вы пришли. Подойдите… ближе…
Я немедленно выполнил просьбу. Весь медперсонал и отец с удивлением смотрели на меня. А Артем прошептал мне на ухо.
- Я видел сон. Про вас. Я знаю, как решить ваши проблемы, но вы должны пообещать, что не бросите моего отца.
Я кивнул, потому что умирающему человеку не отказывают.
- Тот человек, что предал вас, забыл один важный документ. Он затерялся в вашем бывшем офисе, упал под красный шкаф. И всё еще там лежит. Вы вернете… всё…только…отца…не…бросай…те
Артем сделал еще несколько вдохов и замер.
Я был первым, кто утешал незнакомого мне мужчину. Его звали Юрий. Мы обменялись контактами. Когда я приехал в Россию, то первым делом навестил бывший офис. И ведь прав оказался Артем. Теперь через суд я смог бы вернуть компанию себе, и все деньги, что украл напарник. И пусть это займет время, но я был уверен в успехе.
Вскоре дела наладились, и я смог расчитаться с банком. Юрий тоже вернулся в Россию. Я поддерживал с ним связь, не давал ему замкнуться в себе. Мы подружились. Он стал частью нашей семьи. Я рассказал ему про последние слова Артема и его сны. Юрий, конечно, же не был готов к новой семье. Но через несколько лет его сердце оттаяло. И он встретил женщину. Очень добрую. У них родилась девочка. Наши семьи дружат до сих пор, чему я очень рад.
До сих пор я не знаю, как Артему удалось так точно предсказать будущее. Может, и правда перед смертью приоткрывается некая завеса, и появляется доступ к неизведанным материям. А может просто удачное совпадение. Хотя я склонен больше верить в первое.
Поздравляю, авантюристы! Вы оказались в Зачарованном лесу, где можно встретить все, что угодно. Удачи, я надеюсь, что вы найдете бесценное сокровище или друзей!
Потянуло на цветы, все таки весна влияет, поэтому пусть будет новый весенний маяк)
Бумага для масла, мастихин
И помните , что не обязательно нравится всем.
Но главное творчество должно вызывать эмоции)
Федоров шел домой темными пустынными дворами, скрывая лицо плотным капюшоном и стараясь не попадаться на глаза редким прохожим. Костяшки пальцев всё еще саднило, а с потрескавшихся губ, словно на повторе, беззвучно срывались одни и те же ругательства.
— Да уж, натворил ты сегодня дел, Федоров, — раздался чей-то незнакомый голос.
Федоров остановился и повернул голову. Ночной ветер гонял по асфальту пакет-маечку, из окон серых пятиэтажек доносился звон посуды, гремели заставки сериалов, плакали дети; вдалеке на объездной трассе гудели фуры, но ни одной живой души вокруг не было.
— Кто тут? — спросил он и сжал в карманах кулаки — единственное свое оружие.
— Ты идиот, Федоров. Смысл скрываться, если тебя всё равно камера наблюдения засняла? — снова раздался голос, хозяин которого оставался за гранью видимости.
— Че ты шкеришься? — рявкнул Федоров, стреляя мутным взглядом по темным углам и кустам. — Выходи, поговорим по-мужски! Или ссышь?
— Не ссу, — спокойно ответил голос, и через секунду из густого мрака возникла мужская фигура: одежда и лицо были обычными — темными и незапоминающимися, а всё внимание приковывали желтые змеиные глаза. — Здравствуй, друг прекрасный, — расплылся в самодовольной улыбке мужчина.
— Че хочешь, пугало? — злобно оскалился Федоров и еще крепче сжал кулаки.
— Поговорить хочу, дело у меня к тебе. Серьезное. Ты же серьезный человек? — спросил незнакомец, глядя немигающим взглядом прямо в глаза Федорову.
— Серьезный, — уже не так уверенно ответил тот, шмыгая замершим носом.
— Во-от, а с серьезным человеком — серьезный разговор. Давай-ка пройдемся, — кивнул желтоглазый вбок, и Федоров, сам не понимая почему, повиновался.
Они шли рядом, нога в ногу, практически касаясь друг друга плечами. Воздух из ноздрей незнакомца выходил плотным паром.
— Послушай, я не буду ходить вокруг до около, нет у меня ни времени, ни желания, — продолжил желтоглазый. — Я — Люцифер. Король Ада. Князь тьмы. Падший ангел. Понимаешь, о чем речь?
— Ты ля! Меня за дурака, что ли, держишь? — повернул голову Федоров, но тут заметил, что они уже прогуливаются не по знакомому спальному району с малоэтажными панельными домами и пестрыми вывесками «Озон» и «Бристоль», а среди дымящих, заполненных серой кратеров: безжизненные окаменелые земли тянутся до горизонта, а с грозовых небес, словно черные снежинки, медленно падают души грешников.
Федоров взвизгнул от страха, словно поросенок, который понял, что его пришли колоть, и бросился креститься. Незнакомец посмотрел на него и, звонко щелкнув языком, вернул город на место.
— Вопрос закрыт?
Федоров, судорожно сглотнув, закивал.
— А креститься правильно справа налево. Перейдем к делу. Жить тебе осталось недолго. Только не надо вешать свой сопливый нос: всё не так плохо, как ты думаешь. Я здесь для того, чтобы помочь.
— Да ты же главный злодей! — вспомнил Федоров.
— Сам ты, дурень, злодей, — рявкнул Люцифер, и асфальт под ногами пошел трещинами.
Мужчина зажмурился от страха и вжал голову в плечи.
— Ну ладно, прости, что напугал. Согласен: я заслужил такую репутацию, — успокоился Люцифер. — Но всё давно в прошлом, понимаешь? Я натворил дел, но это было тысячелетия назад. Дальше само как-то пошло по накатанной, люди и без меня справляются. Я уже давно никого ни на что не провоцирую… Короче, возвращаясь к делу. Ты скоро умрешь, но… Федоров, ау, ты слушаешь? Хватит рыдать. Ты умрешь, но попадешь в рай!
— Правда, что ли?! — просиял Федоров, вытирая слезы рукавом куртки.
— Правда. Но только если сможешь себя пересилить и откажешься через месяц от предложения своих дружков-идиотов от налета на инкассацию. А лучше всего, если ты предупредишь соответствующие органы о налете. Сделай доброе дело, а лучше сделай их как можно больше. Раскайся в своих грехах, извинись перед парнем, которому сегодня нос сломал в караоке, верни ему часы, долги все раздай, накорми голодного, приюти бездомного… Ну, короче, месяц у тебя есть на то, чтобы заработать билет в рай, а я подсоблю со своей стороны, чем смогу. Потом — тромб, последний вздох и аля-улю, — щелкнул языком Люцифер, как бы поставив точку.
— Без вариантов? — с надеждой спросил Федоров.
— Сто процентов.
— А тебе-то какое до меня дело? — подозрительно спросил мужчина.
— Мне нужно, чтобы ты письмо наверх передал.
— В смысле? Бумажное, что ли?
— Нет. С этим-то и проблема, — тяжело вздохнул Люцифер, — придется голосовое сообщение отправить. Сейчас мы с тобой его наизусть заучим, там ничего сложного. Сделаешь? Как у вас принято говорить — по-братски. Услуга за услугу.
— А чего ты не попросишь того, кто точно попадет в рай?
— Они меня не слышат, мы на разных частотах. А ты на грани, фифти-фифти. Уникальный ты, Федоров, — толкнул Дьявол мужчину в плечо по-дружески.
Они вышли к небольшому скверику и остановились возле покосившейся скамейки, приваренной к слепому фонарю. Люцифер щелкнул пальцами, и лампочка засияла тусклым светом.
— Что за письмо? — спросил Федоров, переварив информацию.
— Ты отца любишь? Помнишь, как в детстве с ним на рыбалку, за подосиновиками, как в Челябинск на его семерке ездили к бабке?
— Ну да, помню, люблю…
— Ну вот. И я своего люблю. Правда, он и твой тоже, и вообще, он всем нам отец, но этим я тебе сейчас голову не буду забивать.
— То есть прям Ему передать сообщение? — показал Федоров пальцем на безоблачное небо.
Люцифер кивнул.
— Соображаешь. Помоги, дружище.
— Таки дружище? — скрестил мужчина руки на груди.
— Конечно. Я как впервые тебя увидел, сразу понял, что ты правильный пацан, что есть в тебе зачатки человека с большой буквы «Ч». Мы с тобой общий язык с полуслова нашли, ты заметил?
— Ага, — разомлел Федоров от такой знакомой ему с детства манеры общения и от приятных слов и протянул руку. — Друзья?
— Друзья, — ответил Люцифер на рукопожатие. Фёдоров отдернул руку, почувствовав сильный жар. — Ну что, давай учить?
— Давай, друг, — широко улыбнулся Федоров, и его новый знакомый, достав из кармана лист бумаги и направив к свету, начал читать:
— «Дорогой Отец, это я, твой изгнанный сын Люцифер. Мне бы хотелось так много сказать тебе и попросить прощения за всё, что я сотворил, но, боюсь, что на это не хватит вечности». Повтори, — попросил Люцифер.
И Федоров повторил. С седьмого раза.
— «Я хочу вернуться. Я хочу исправиться. Я искренне сожалею о том, что хотел быть как Ты, но, умоляю, не вини, ведь каждый ребенок хочет быть похож на отца. Дай мне шанс искупить вину. А если не справлюсь, то уничтожь меня с концами», — так заканчивалось письмо Люцифера на небо.
Федорову потребовалось два часа за запоминание, но, в конце концов, текст отлетал от его кривых зубов.
— Повторяй каждый день, чтобы ничего не забыть, и никаких импровизаций, усвоил? — спросил напоследок Люцифер и загасил фонарь.
— Да, братан, усвоил, спасибо тебе! — крепко обнял счастливый Федоров князя Ада.
Разошлись они в приподнятом настроении.
Месяц для Люцифера тянулся дольше, чем половина тысячелетия. Он без конца прибирался в своем печальном дворце, гоняя пепел из угла в угол, рассеянно отдавал приказы, готовился к самой знаковой встрече в жизни и начищал до блеска замо́к, который собирался повесить на вратах преисподней. Он не наврал тогда в своем письме. Осознание вины пришло уже очень давно, и больше всего на свете он мечтал получить прощение, но осмелился просить его только сейчас. И вот, когда момент настал, он нашел подходящего человека.
— Ваша милость, там к вам грешник какой-то рвется, говорит, что вы с ним знакомы, требует аудиенции, — постучался как-то в покои Люцифера бес-прислужник.
— Грешник? Знакомый? Ко мне?!
— Федоров его фамилия, Ваша милость.
— Как Федоров? Он здесь?! — оборвалось дыхание у Люцифера. — Но он же… Он должен был!..
Тут двери огненного дворца открылись и, отбиваясь от чертей, на порог явился Федоров.
— Дружище! А вот и я!
— Федоров! Ну етить твою налево, как так?! Что ты здесь делаешь?! Мы же договорились! Ты в раю должен быть! — задыхаясь от негодования, кричал Люцифер.
— Слушай, я тут подумал, ну а что мне рай? Кто у меня там? Ни друзей, ни знакомых путных. Родители? Так мне с ними скучно. А тут у меня братан — сам повелитель Ада, — кричал радостно Федоров, окидывая взглядом владения Люцифера. — Мы же друзья, ты сам сказал. Вот я и подумал, всё взвесил. Решил, что повыгоднее будет у вас тут. Так ведь, братан, а?
— Эх, Федоров, Федоров… — Люцифер уселся на черный пол и, повесив голову, достал письмо, чтобы бросить его в огонь. — Ну что ты за человек? Я теперь еще тысячу лет не осмелюсь. Ладно, иди выбирай себе кратер: серный, соляной, хлорный...
— Как кратер?! Мы же друзья! Ты сам говорил!
— Так я и говорю: выбирай…
Александр Райн
Начал работать водителем международного автобуса и впервые попал в Париж! Вид из окна...
ожидание
Реальность ....
Дело было несколько лет назад. Поступает вызов: женщина, 56 лет, кровотечение из заднего прохода. Очередь ехать у Арины. Уехала. Вечером, когда пересеклись на базе, Арина рассказала об этом вызове. Мне бы и в голову не пришло спрашивать, что там. Обычно кровотечение из заднего прохода бывает при геморрое. А в геморрое нет ничего интересного. Но это был не геморрой. Да и кровотечение было не оттуда. Далее будет написано от имени Арины.
«Приехала на адрес. Обычная квартира и ничем не примечательная женщина. На вопрос о жалобах ответила, что её беспокоит кровотечение из заднего прохода. Я обычно людям на слово верю, а тут будто чёрт за язык потянул, говорю:
- Ложитесь и показывайте.
Смотрю: кровь-то не из заднего прохода, а из влагалища. И течёт тоненькой струйкой. Ну вот зачем в таких вопросах врать? Спрашиваю о том, каким образом получена травма. Отвечает, что мылась в ванной и упала на детский стульчик, который там стоял. Думаю: «Бывает. Наверное, поскользнулась, упала на стул. Он сломался и обломком поранилась». Заглянула в ванную – стоит на полу, вполне целый. Как так? Спрашиваю: «Точно сама поранилась? Никто не помог?». Отрицает. Говорит, что точно-точно сама. Конечно, были у меня и другие предположения по поводу способа получения травмы. Главное, что она не криминальная оказалась. Увезла я её в гинекологию. После осмотра на кресле врач сказал, что рана влагалища рваная, длиной около 5 сантиметров – надо шить».
Вот такую историю рассказала Арина. А если бы она поверила женщине и не стала проверять? Отвезла бы в другую больницу к хирургу. От хирурга получила бы выговор, от старшего врача замечание за неправильно поставленный диагноз. А оказание помощи было бы отсрочено. И неизвестно, сколько ещё крови женщина потеряла, пока по больницам каталась. Уважаемые пациенты, надо понимать, что доктор задаёт вопросы не из праздного любопытства, а только для правильности постановки диагноза. А правильный диагноз нужен для определения дальнейшей тактики по отношению к пациенту.
